Предыдущий   На главную   Содержание
 
Фотограф с мировым именем, Берт Стерн, один из последних, делавший снимки актрисы, писал в воспоминаниях 'Энергетика созерцания': 'Замри Мэрилин на одну минуту - и ее красота сразу испарилась бы. Фотографировать ее это было то же самое, что фотографировать сам свет'.
 
 
Интересно вот что: почти все портреты Стерна выполнены в 1962-м, т.е. в последний год жизни Монро- это шедевры фотоискусства. Большинство из них одноцветны, хотя нюансировка каждого цвета (каждой черты характера?) просто поразительна. Великий колорист! Мэрилин, розовая с жемчугами, голубая - спящая и ставшая самой собой, без всякого макияжа, волосы не расчесаны даже и, неожиданно, руки, как у старухи, даже усыпанные старческой гречкой... Сиреневая, золотая - тут уже игра в сон: грим, прическа, драгоценности... И огромный коллаж: Берт фотографирует Мэрилин, и мы видим отражение в зеркале и их обоих, и процесс творчества.

Наблюдателен он был дьявольски. Сам рассказывал: 'Я видел разные аспекты душевного состояния Мэрилин, даже те, которые она тщательно прятала, но не могла скрыть от объектива...' От объектива и от мастера, а в том, что Берт мастер, гроссмейстер даже, сомневаться не приходится. Он открывает нам новую Монро - умную, но ум свой напоказ не выставляющую, элегантную, исполненную собственного достоинства. А ведь это был год, когда она попала в капкан, который, в известной степени, расставила для себя сама, но наживку положили братья Кеннеди. Джон увидел ее и восхитился ею, когда в день его рождения она в нью-йоркском Мэдисон Сквер Гарден восторженно пела 'Happy birthday to you'. 'Я забыл о какой бы то ни было политике, когда услышал обращенную ко мне столь сладостно исполненную песню'. Что было дальше, вы знаете. Против обольстительного президента ММ не устояла. Капкан захлопнулся.

Берт глядел глазами друга, анализировал, сочувствовал... Любил? Наверняка.Был любим? Нет. Тоже наверняка. 'Кто сгорел, того не подожжешь'. Был любовником? Вероятней всего. Сделать такие сверхэротичные, сверхлирические, поэтичные, необычайно человечные портреты можно только любя. В них динамика тела, души, мысли. Много черно-белых: вот эта - она смеющаяся, торжествующая над жизнью, играющая себя - победительницу; царственная, завернувшаяся в меха; милая Золушка, ставшая принцессой, но все еще к новому званию не приноровившаяся; и совсем другая - страстная, гиперсексуальная, еще больше чем когда бы то ни было, но - не вамп, это ей было не дано. Задуманная небесами, но низвергнутая в ад. Девочка, сломленная судьбой и людьми. Трагизм высочайшего накала.

Первым нагой ее снимал Том Келли еще в 49-м. Она долго не соглашалась, потом потребовала, чтобы в студии не было ни одного ассистента. Берта она не стеснялась совсем, снимки мастерские, предельно откровенные, будто прозрачные... Но самое большое, невероятное даже, впечатление произвели на меня его оранжево-розовые этюды, будто виртуозные рисунки сангиной. Как у Леонардо.
 
html counterсчетчик посетителей сайта
Rambler's Top100 Каталог Ресурсов Интернет
pocado counter gratis счетчик сайта